| Остракизм не только не был |
| Остракизм не только не был унизительным; напротив того, его можно назвать в определенной мере почетным изгнанием, мерой выдававшей политическому деятелю, так сказать, «сертификат качества*. Как говорил Плутарх (Nie. 11), ему была присуща «некая честь» (τι... άξίωμα). Далеко не всякий политик мог подвергнуться остракизму, а уж если это случалось, то означало, что он принадлежит к самому верхнему слою правящей элиты, к тому же происходит из круга наследственной родовой аристократии. Его боялись, — а, значит, уважали. Так было вплоть до 415 г. до н. э. Как известно, Гипербол во многом потому так смело шел на остракофорию, что был уверен в своей полной неуязвимости для этой процедуры именно ввиду своего «низкого*, незнатного происхождения. |