Через неделю после выхода из

Через неделю после выхода из каторги Достоевский писал брату Михаилу: "На душе моей ясно. Вся будущность моя, и все, что я сделаю, у меня, как перед глазами. Я доволен своей жизнью". Он страстно хочет писать: материала "на целые томы достанет"; он надеется, что лет через шесть ему позволят печатать. "А теперь вздору не напишу. Услышишь обо мне". Несколько раз повторяются просьбы о присылке книг: "Если можешь, пришли мне журналы на этот год, хоть "Отечественные Записки". Но вот что необходимо: мне надо (крайне нужно) историков древних (во французском переводе) и новых экономистов и отцов церкви... Пришли немедленно..." И на другой странице: "Не забудь же -меня книгами, любезный друг.