|
Тут меня посетило
несчастье; совсем неожиданно случился со мной припадок
эпилепсии, перепугавший до смерти жену, а меня наполнивший
грустью и унынием. Доктор сказал мне, вопреки всем прежним
отзывам докторов, что у меня "настоящая падучая* и что я в
один из этих припадков должен ожидать, что задохнусь от горловой
спазмы и умру не иначе, как от этого... Женясь, я совершенно
верил докторам, которые уверяли, что это просто нервные
припадки, которые могут пройти с переменой образа жизни.
Если б я наверное знал, что у меня настоящая падучая, я бы не
женился". С этого дня и до самой смерти Марии Дмитриевны
мы не найдем в огромной переписке Достоевского ни одного
слова о ней. Брак продолжался семь лет; последние годы они
жили врозь и писатель любил другую женщину. После смерти
жены он писал Врангелю (31 марта 1865 года):
|
